В 2013 году работа четвертичных геологов и палеонтологов шла своим чередом и вполне плодотворно.

Общие проблемы

Ведущие научные журналы редко балуют нас публикациями по нашей тематике. Основные их темы сейчас сдвинулись в сторону молекулярной биологии, фундаментальной медицины или космических исследований. Тем более отрадно было увидеть в Science статью, посвященную ледниковому периоду (Kerr, 2013): Как создать большой ледниковый период снова, снова и снова. Статья обзорная, посвящена моделированию оледенений Земли в четвертичное время выполненным разными исследователями. Комплексная компьютерная модель учитывает не только 100 тысячелетний орбитальный цикл, но и дополнительные колебания оси вращения Земли с периодичностью 23 тыс. лет. Кроме того, сюда вошли данные о влиянии парниковых газов, облачности и прочих дополнительных факторов способствующих росту или деградации покровного ледника.

Когда 100 тыс. летний тенд потепления совпадает с 23 тыс. летним, тепла в высоких широтах оказывается достаточно для прекращения накопления льда и снега и начала деградации ледника. Растет ледник медленно, а тает гораздо быстрее (здесь играет роль положительная обратная связь, чем сильнее ледник тает, тем теплее становится атмосфера), что мы и наблюдаем в настоящее время. Модель совпала с реальными изменениями ледяного покрова Земли достаточно хорошо (Рис.1). Исследователи надеются, что с увеличением мощности компьютера их модели станут еще более точными.

Изменения в береговой линии и деградация льда Канадского арктического архипелага изучаются сейчас в связи с проблемами глобального потепления климата. В статье LakemanandEngland, 2013 опубликованы данные о том, как развивались события во время и после последнего оледенения на острове Банкс. Арктический архипелаг был покрыт ледниковым щитом, во время его таяния образовались каналы, по которым стекала талая вода, эти каналы оставили следы в рельефе и авторы составили их карту. Оказалось, что во время последнего ледникового максимума остров был полностью покрыт ледовым щитом, а не являлся рефугием для плейстоценовой фауны, как считалось раньше.

Геохронология и климатостратиграфия

Работа Nalawade-Chavanetal, 2014 (журналы за 2014 еще в печати, но некоторые статьи статья выложены в интернете) была сделана в оксфорде по музейным коллекциям американских мастодонтов (Рис.2).

Рис.2 череп мастодонта на котором опробовался новый метод радиоуглеродного датирования.

Авторы взяли образцы из двух ископаемых мастодонтов, один из них полный череп, другой зуб, оба происходят из окрестностей Фербенкса, Аляска, из отложений неясного возраста. Датировки проводились двумя методами: традиционный для костей метод датирования по коллагену, и новый, более аккуратный, когда из коллагена выделяют только одну его составляющую – нестандартную аминокислоту Гидроксипролин. Оказалось, что даты по коллагену моложе чем даты по аминокислоте. Авторы объясняют расхождение тем, что музейные образцы были пропитаны клеем для лучшей сохранности, который мог их загрязнить более молодым радиоуглеродом. Выделение чистой аминокислоты позволяет избежать этой ошибки. В реальности американские мастодонты оказались более древними, чем о них думали раньше; даты находятся на границе метода 47-48 тысяч лет (по коллагену они получились 20 до 33 тысяч лет). Для древних образцов, как мы знаем даже по собственному опыту, даже ничтожное загрязнение оказывается критичным, что и произошло здесь. Статья наводит на размышления, что старые музейные образцы хорошо бы передатировать.

 

Обзорная работа посвящена одному из самых популярных в четвертичной геологии моллюсков – морской двустворке Arcticaislandica. Это название знакомо даже тем, чья работа не касается морских отложений. Так же как и формаминиферы, морские двустворки составили основу морской изотопной шкалы кислорода, которая отражает глобальные циклы потепления-похолодания. Статья Schöne, 2013, является, можно сказать, учебным пособием. В ней рассказано какую именно палеогеографическую информацию позволяет получить изучение арктики исландики. Начнем с того, что ракушки эти очень долгоживущие (по 500 лет!) и их створки нарастают неравномерно, подобно годовым кольцам деревьев (Рис.3).

Рис.3 Слои в раковине морской двустворки Arctica islandica используются в геохронологии так же как годовые кольца деревьев.

 

Створки состоят из карбоната – источника самых разных изотопов. Ракушки не очень большого размера, что позволяет извлекать их или их обломки из керна со дна океана. Таким образом, арктика исландика выступает в той же роли, которую играет современная и ископаемая древесина для наземных отложений. Они позволяют надстраивать годовую кривую климатических изменений, начиная от современности и заканчивая так далеко, как сумеют продвинуться исследования.

 

Новая группа фоссилий была использована для радиоуглеродного датирования. На этот раз в качестве источника С14 использованы наземные гастроподы (Pigatietal, 2013). Моллюски, как мы видели на примере арктики исландики, нормальный материал для датирования, но мелкие наземные гастроподы используются для таких целей очень редко. Гастроподы обычно использовались для реконструкций природной обстановки, так же как споры и пыльца растений, насекомые, или остракоды. Для датирования такой материал обычно не используют или используют редко. Например, даты по остаткам насекомых уже сделаны и немало, но результаты по большей части растворились по отчетам и докладам на конференциях. Здесь же мы имеем полноценную статью посвященную преимуществам датированию по необычной группе фоссилий. В статье обсуждается датирование лессовых отложений. Надо сказать, что авторы преувеличили частоту встречаемости гастропод в лессах, по моему опыту они не так уж и часто встречаются. Но здесь, наверное, играет значение личный опыт специалиста который видит подходящую породу и умеет искать свою группу. Авторы извлекли гастропод семейства Succineidae (янтарки) из нескольких разрезов (Рис.4) в разных регионах распространения лесса в северной Америки включая Аляску.

Рис.4 ископаемые янтарки в четвертичных отложениях Северной Америки.

 

Для контроля авторы использовали серию дат с тех же глубин, сделанных традиционно, по древесине. Обе последовательности дат, по древесине и по моллюскам, выглядят похоже, но серия по янтаркам выигрывает от меньшего числа инверсий. Видимо, здесь играет роль пониженная устойчивость хрупких раковин янтарок к переотложению. В нескольких случаях даты по янтаркам оказались древнее дат по древесине. Датирование по моллюскам показало свою перспективность и этот новым материал поможет заполнить интервалы в разрезах где растительные остатки плохо сохранились.

Вариации климата голоцена были изучены на примере разреза Бурдуково около оз. Байкал (Kravchinskyetal, 2013). Прибайкайлье и Забайкалье интересно нам в связи с проблемой реконструкций природной обстановки в плейстоценовых тундростепях Берингии. Именно здесь в настоящее время живут многие степные насекомые, чьи ископаемые остатки известны из отложений северо-востока. Разрез Бурдуково, всего 5 м высотой примечателен тем, что состоит из чередования ископамых почв и лессовых горизонтов. Разрез охватывает временной интервал примерно от 9 тыс. лет и почти до современности. Лессовые горизонты соответствуют периодам ветровой активности, а почвенные относительно спокойным периодам. Почвенные горизонты можно выявить не только по морфологическим особенностям, но и по изменениям магнетизма пород, палеомагнитная кривая в данном случае отражает кратковременные колебания климата, измеряемые в первые тысячи и сотни лет (мы привыкли ассоциировать палеомагнитные кривые с более глобальными событиями и датами в миллион лет, но, оказывается, метод может работать на более детальном уровне). Выявление подобных голоценовых разрезов на юге Сибири очень перспективно, особенно если оттуда удастся получить представительные энтомофауны.

 

Ископаемый вулканический пепел является великолепным стратиграфическим инструментом в Восточной Берингии, но у нас на северо-востоке мы только начинаем его находить в разрезах. Для дальнейшего развития метода пригодится работа посвященая серии пеплов извлеченных и кернов скважин в Охотском море (Gorbarenkoetal, 2014). Здесь описаны пеплы начиная с уровня примерно 350 тыс. лет назад, что дает нам необходимый эталон для сравнения.

 

Работа Ohetal, 2013 проводит синхронизацию климатических кривых по изотопам кислорода из Антарктики и Гренландии. Обе кривые классические и широко используются в четвертичных исследованиях, но кривая по Гренландии короче. Между тем, для северного полушария логичнее сравнивать климатические события именно с гренландским графиком. Авторы сопоставили обе кривые, в той части где они совпадают по времени, и, используя полученные поправки, надстроили гренландсткую кривую. Теперь нужно проверять, насколько эта теоретическая часть ляжет на реальную, когда та будет получена.

Продолжается изучение субфоссильной древесины с целью получения палеоклиматических сигналов за последние тысячелетия. В работе Porteretal, 2013 изучены остатки ели белой (типичный для севера американский вид ели) в дельте реки Маккензи на севере Канады. Это один из наиболее северных лесных массивов в Северной Америке, что особенно важно в связи с современными климатическими изменениями, которые проявляются особенно ярко именно в высоких широтах. Годовые кольца хвойных деревьев хорошо отражают локальные изменения климата. Сочетание современных образцов древесины, для которых известен возраст и температурные данные, с серией перекрывающихся по возрасту образцов субфоссильной древесины, дает возможность проследить климатические колебания за последние более чем тысячу лет. Авторы выявили следы похолоданий в конце 13, 18 и 19 веков, тогда как в остальное время климат был относительно теплым, но основное потепление приурочено к середине 20 века. Конец 20 века является самым теплым временем в регионе за последнее тысячелетие, температура поднялысь в среднем на 1.4 градуса. Это реальное доказательство глобального потепления по крайней мере в тысячелетней динамике.

Описание метода бережного отбора образцов костей на уран-ториевое датирование из музейных коллекций можно найти в статье австралийских ученых (Priceetal, 2013). Авторы определили возраст вымершего животного – сумчатого тапира, по образцам из музейных коллекций. Любой хранитель музее крайне неохотно позволяет делать анализы, которые наносят повреждения образцам. В данном случае для анализа брались микроскомические объемы вещества из кости челюсти и зубов по 0.18 миллиграмм, что позволило взять из одной кости серию образцов (Рис.5) чтобы получить аккуратную дату. Уран-ториевый метод дает разные значения даже для одной фоссилии, из серии нужно выбрать древнейшую дату, именно она стоит ближе всего к дате захоронения животного.

Рис.5 отбор образцов на уран-ториевое датирование из челюсти сумчатого тапира в Австралии.

 Микрообразцы позволяют взять большую серию (в данном случае 31 пробы) из одной кости, не нанеся ей видимых глазу повреждений. Такое множественное опробование позволяет снизить ошибки метода до минимума. Уран-ториевое датирование позволяет определять возраст ископамых за пределами радиоуглеродного метода, тем он и важен, но его применение ограничивает большой разброс данных, с которым и пытаются бороться авторы исследования.

Редкая группа ископаемых организмов – хризофиты (золотистые водоросли), используется для палеогеографических реконструкций в работе Wolfe, Siver, 2013. Авторы считают, что высакая численность и разнообразие хризофит коррелирует с высоким содержанием углекислого газа в водоеме. Это позволяет восстанавливать колебания углекислого газа в атмосфере и как следствие, колебания климата. Исследования проводились в трех природных зонах в Канаде и Гренландии: высокая арктика, средняя арктика и бореальная зона. Современные комплексы хризофит сравнивались с фоссилиями из среднего эоцена (рис 6).

Рис.6 ископаемые хризофиты – планктонные водоросли, часть из которых обладает кремневым скелетом, благодаря чему они сохраняются в ископаемом состоянии.

 

Хризофитный метод пока еще в стадии становления. Еще не совсем ясно насколько прямая зависимость численности этих планктонных водорослей от содержания углекислоты в воде или другие факторы, такие как глубина и характер водоема дают почву для неточной интерпритации данных.

 

Региональные работы – Западная Берингия

 

Группа авторов, участников Российско-Германского проекта по изучению моря Лаптевых продолжает публиковать данные по разрезам острова Большой Ляховский (Wetterichetal, 2014). Изучались рыхлые отложения в мерзлом состоянии (работа велась на вертикальной стенке) и лед из ледяных жил. Получена большая серия радиоуглеродных дат соответствующих каргинскому времени, самая древняя из них 53 тыс. лет, основные даты лежат в интервале между 40 и 30 тыс. лет., самая молодая дата из верхнего горизонта относится к раннему голоцену. Приведены также данные минералогического и споро-пыльцевого анализа и результаты изучения льда. Авторы проводят сравнение данного разреза с другими разрезами региона. Эта работа не выдает сенсационных открытий, но является необхдимым кирпичиком в нашей копилке знаний о северо-востоке.

Продожается многолетний проект по бурению озер и изучению спор и пыльцы из керна. Такой способ получения споро-пыльцевых диаграмм оправдал себя, озерные осадки обычно накапливаются медленно (значит пыльца в них сконцентрирована), в них часто отражены временные интервалы, отсутствующие в обычных разрезах. Последнее особенно актуально для восточной Чукотки, где естественных обнажений четвертичных пород очень мало. Статья Lozhkin, Anderson, 2013 позволяет проследить изменения природной среды Анадырьской низменности начиная с возраста около 45 тыс. лет. Авторы пришли к выводу, что по природным условиям регион занимал промежуточное положение между относительно влажным берингийским мостом, который мог служить препятствием на пути миграций тундростепной биоты между Азией и Северной Америкой, и ксерофитными ландшафтами Западной Чукотки. Интересные данные получены для начала голоцена. Именно в это время начались массовые миграции человека через берингийский мост в Америку. Анадырьская низменность в начале голоцена была в то время более подходящим районом для обитания людей – высокий кустарник и участки леса с присутствием лиственных пород.

 

Региональные работы – Восточная Берингия

Классические разрезы Олд Кро на Юконе продолжают быть предметом внимания (Westgateetal, 2013). Авторы статьи сами классики четвертичной геологии Восточной Берингии, включая ныне покойного Ричарда Морлана, знаменитого специалиста по млекопитающим. В работе публикуются данные по разрезам CRH47 и CRH 94 - названия разрезов предложены 40 лет назад Диком Харингтоном (C.R. Harington) и используются до сих пор. Фактические данные собраны в 1984 году и трудно повторимы сейчас, потому что разрезы прилично заросли. Эти два разреза особенно важны тем, что в них обнаружены маркеры (слои вулканического пепла) ранне плейстоценового возраста, древнейшие в регионе. Один из маркеров SurpriseCreektephra(SZt) находится в нижней части разреза CRH47 - возраст 0.17±0.07 Ma, и второй маркер, LittleTimbertephra (LTt), возрастом 1.37±0.12 Ma в основании разреза CRH94. Многолетние работы в районе Олд Кро обеспечили внушительную коллекцию костей позвоночных, в том числе из этих двух разрезов с нижним плейстоценом. В частности, из нижнего горизонта были собраны остатки рыб, птиц, землероек, грызунов, включая гиганского и американского бобров, зайцеобразных, куньих, лисы, волка, лошади, северного оленя, бизона и мамонта. По мнению Р. Морлана, данный фаунистический комплекс похож на комплекс аканского горизонта Колымской низменности.

 Еще одна работа (Jensenetal, 2013), посвящена тоже классическому разрезу Палисадный (ThePalisades) на реке Юкон на Аляске Этот разрез посещался несколько раз. Несмотря на то, что находок костей там мало (хотя найдена ископаемая бобровая плотина), разрез весьма интересен, оттуда собраны ископаемые насекомые и прочие материалы для палеоклиматических анализов, но публикуются пока только данные по вулканическим пеплам. Именно пеплы составляют основу местной стратиграфии. Новые данные позволили существенно пересмотреть возраст разреза. Практически весь он, включая низы, которые раньше относили к началу плейтоцена (около 2 млн. лет), теперь относятся к среднему плейстоцену. Зато среднеплейстоценовая летопись здесь весьма подробная и позволяет в деталях провести реконструкции среды.

Данные об изменениях климата и накопления органического вещества получены в результате бурения термокарстовых озер на полуострове Севард (Seward), Аляска (Huntetal, 2013). Несколько кернов позволили построить общий разрез, охватывающий события конца плейстоцена и голоцена, включая переходный период, который обычно отсутствует в наземных разрезах. В разрезе отмечен максимум накопления древесных остатков в начале голоцена и несколько пиков торфообразования. Интересно, что основное накопление сфагнового торфа началось в последние сотни лет, что, впрочем, может отражать экологические изменения в самих термокарстовых котловинах. Сейчас разрез находится в зоне северной еловой тайги. Растительность прошла несколько стадий: в конце плейстоцена тундра, далее тополевый лес, после 8 тыс. лет он сменяется кустарниковой тундрой, около 4,5 тыс. лет назад территория вновь зарастает лесом.

Новые разрезы были описаны на северо-западе Канады вдоль основной транспортной артерии региона Демпстер (Dempster) хайвей (Lacelleetal, 2013). Для канадского хайвея эта дорога конечно слабовата, но по северным меркам она вполне неплохого качества (Рис.7), и обеспечивает связь северо-западных территорий с основной Канадой.

Рис.7 Демпстер хайвей проходит через горные тундры, от Доусона на Юконе до дельты реки Маккензи на Северо-западных территориях. Лужи встречаются, но машины в них не тонут (что делает честь местным дорожникам), хотя вечная мерзлота в этой тундре имеется и есть также разрезы с ледяными жилами.

 

Вдоль хайвея сейчас ведутся инженерно-мерзлотные исследования, что позволяет попутно решить некоторые другие научные задачи. В этом районе обнажения рыхлых четвертичных отложений достаточно редки, поэтому два разраза, обнаруженные авторами, весьма важны. По предварительной модели данная местность (горы Ричардсона и прилегающая равнина) была покрыты ледником во время последнего ледникового максимума. Однако, находка черепа лошади возрастом 19.7 калиброванных тыс. лет заставляет пересмотреть границы оледенения. Ледник ПЛМ здесь был меньше размерами чем считалось ранее.

Комплексное исследование разрезов на юго-западе Юкона в долине реки Вайт (белая) выполено группой авторов, включая специалистов по вулканическому пеплу, макроостаткам растений и насекомых (Turneretal, 2013). Район исследований находится около бывшей границы ледникового щита, чем данная работа особенно интересна. Были выявлены колебания климата: теплый, близкий к современному или теплее, отмечен во время стадий MIS5e и MIS5а (бореальный лес с преобладанием белой ели). Однако, в целом, интергляциальный интервал MIS5 характеризуется более холодными, чем ныне, условиями, и тундровой растительностью с доминированием кустарниковой березки. Пик тундростепей приходится на холодные стадии позднего плейстоцена. Во время перехода от MIS3 к MIS2 природная обстановка характеризуется большей аридностью, чем в центральной части Юкона, что объясняется влиянием близлежащего ледника с которого дули стоковые ветры. Растения и насекомые этого интервала указывают на резкое увеличение роли полыни в растительном покрове.

 

Млекопитающие

По крупным млекопитающим выполнен ряд интересных работ. Так, в статье Pinto-Llona, 2013, рассматриваются отличия пищевого поведения бурого и пещерного медведей. Изучение поведения вымерших животных, имея в наличии только их ископаемые остатки, задача, на первый взгляд, нереальная. Однако, ученые находят интересные способы ее решить. Морфология животного и спецефические повреждения зубов позволяют сделать выводы о характере его питания. Для того чтобы интерпритация этих данных была корректной, необходимо изучить изучить те же особенности на примере современных родственников вымершего животного, поведение которых известно по наблюдениям в природе. В данной работе в качестве такого эталона выступает бурый медведь, пищевые привычки которого хорошо известны. В статье изучались зубы пещерного медведя, а также ископаемые остатки современных ему бурых медведей по материалам из нескольких местонахождений в Европе, и зубы ныне живущих бурых медведей. Сравнивалось строение черепа, зубов, и под электронным микроскопом изучались микроповреждения зубов. Совокупность признаков указывает на значительные отличия в пищевом поведении пещерного медведя и жившего в одно время с ним бурого медведя. Характерные повреждения зубов указывают на заметную роль подземных частей растений в диете бурого медведя. Современные наблюдения показывают, что, действительно, бурые медведи проводят немало времени, разрывая землю в поисках пищи (это могут наблюдать даже случайные люди, проезжающие на машине через Скалистые горы, там медведи регулярно пасутся на обочинах дорог, прочесывая когтями почву). Мощные передние ноги с когтями и выдающиеся зубы пещерного медведя позволяют сделать предположение о том, что и он был роющим животным с преимущественно вегетарианской диетой. Растения, извлеченные из почвы, облеплены песком, который повреждает эмаль. Зубы роющего медведя несут характерные царапины. Однако, исследование показало, что у пещерного медведя, в отличие от бурого, зубы не исцарапаны, а значит, рыть землю в поисках пищи он не любил. Зато пещерный медведь, судя по зубам, частенько перемалывал кости, что характерно для падальщиков.

Одна из работ, посвященная экологии и распространению млекопитающих, использует нестандартный подход к оценке численности пастбищных млекопитающих и их влияния на экосистему. Авторы статьи (Bakeretal, 2013) изучают споры грибов, произрастающих на навозе. Такие исследования проводятся не впервые, это направление становится все более популярным. Споры грибов не всегда можно точно определить (они идут под названиями в стиле свободной номентлатуры, например Sporormiella-type или даже такое название как HdV- 8A), но определенные морфологические типы характерны именно для грибов копрофилов. Выстраивается цепочка: грибы копрофилы – навоз – производитель навоза. Колебания по разрезу концентрации спор грибов должны коррелировать с обилием пастбищных млекопитающих. В реальности, конечно, зависимость не столь прямая, но дело исследователя учесть все дополнительные факторы. Метод пока еще в стадии развития и основная задача сейчас разработать такие поправки, на скорость осадконакопления, на породу, на вторичную переработку биомассы и проч. Еще очень важно научиться правильно определять споры грибов в ископаемом состоянии. В недалеком будущем, когда трудности становления метода останутся позади, он может стать важным инструментом оценки численности животных. Споры грибов, хоть и косвенный индикатор, однако, споры обладают всеми преимуществами микрофоссилий: обилие в породе, легкость опробования разреза, возможность прослеживания изменений во времени. Непосредственно по костям такие подсчеты сделать невозможно.

Продолжается изучение ископаемых млекопитающих с севера Аляски (NorthSlope). Это одно из самых продуктивных и интересных мест в Восточной Берингии, где представлены четвертичные отложения от раннего плейстоцена до голоцена. В статье Mannetal, 2013 рассматриваются новые сборы из этого региона из отложений конца поздего плейстоцена непосредственно перед массовым вымиранием. Биоразнообразие мегафауны и ее численность по оценкам авторов была намного выше чем сейчас (Рис.8). Авторы считают, что охота не могла повлиять на вымирание в этом регионе, где следов пребывания первобытного человека практически нет, тем не менее, вымирание шло теми же темпами как и в других частях Берингии.

Рис.8 биоразнообразие ископаемых млекопитающих на Северном склоне Аляски.

Оригинальная работа посвящена строению шерсти мамонта и шерстистого носорога (Tridicoetal, 2014). Шерсть этих животных, особенно мамонта, хранится во многих коллекциях, но редко кто ею специально занимался. Для анализа использовалась шерсть 6 мамонтов и одного носорога. Изучалась микроморфология волос, остатки пигментации и микробные повреждения. Основное открытие, довольно неожиданное, это то что мамонты не были одноцветно рыжими, как мы привыкли их себе представлять (Рис.9).

Рис.9 реконструкция окраски мамонта.

 Шерсть мамонтов и носорогов была крапчатой, состояла из белых, бурых и рыжеватых волосков, по окраске они напоминали современных овцебыков или были светлее. Рыжий цвет ископаемой шерсти, по видимому, обусловлен вторичной грибковой деятельностью.

 Описание детеныша мамонта по находке трупа сделано нашими палеонтологами Е.Н Мащенко,. Г.Г Боескоровым, и В.А Барановым (Мащенко и др., 2013). Труп детеныша был найден в прииске недалеко от поселка Усть-Нера. Сам по себе район представляет особый интерес не только как самое холодное место в северном полуширии, но и как место, где наилучшим образом представлены реликтовые степи, частичные аналоги плейстоценовых тундростепей. Этот район чрезвычайно интересен для изучения плейстоценовой природной обстановки в связи с вопросом действительно ли степи реликтовые или это новообразование. Между тем, хороших разрезов плейстоцена в районе Усть-Неры очень мало, а единственный (с неясным возрестом) изученный палеонтологическими методами указывает на относительно мягкие условия среды. По крайней мере, находка мамонта возрастом 41 тыс лет (в дополнении к селериканской лошади) четко дает понять, что тундростепи там в позднем плейстоцене были. Статья в основном посвящена морфологии детеныша и выводам об условиях его гибели. Неполная сохранность не позволяет определить пол мамонтенка. Возраст детеныша на момент гибели 14-16 месяцев, он не несет следов истощения, значит погиб быстро, видимо утонул в болоте. Жировые накопления свидетельствуют, что гибель произошла в конце лета. Хотя труп не полный, он не подвергался размораживанию после находки, в чем его особая ценность.

Новые находки тупов млекопитающих из вечной мерзлоты описаны группой российских и зарубежных ученых (Боескоров и др., 2013). Три новых трупа найдены в районе побережья моря Лаптевых и пролива Дмитрия Лаптева: молодой мамонт (Рис.10), лошадь (Рис.11) и бизон (Рис.12).

Рис.10 мумия мамонта Юка.

 

Рис.11 мумия юкагирской лошади.

 

Рис.12 мумия первобытного бизона.

 

Образцы официально принадлежат местной коммуне Юкагир, хотя и находятся сейчас в Якутске, где оказалось возможным обеспечить правильное хранение при отрицательной температуре и изучение образцов. Все три находки неплохой сохранности, почти целые мамонт и бизон и фрагмены лошади (голова и задняя часть туловища). Возраст фоссилий разный, мамонт достаточно древний, около 34 тыс. лет, бизон и лошадь относительно молодые, бизон около 9 тыс. лет и лошадь около 4,6 тыс. лет. Голоценовый возраст двух последних представителей тундростепной биоты сам по себе занимательный факт, примечательно, что они найдены на севере, где, по видимому, был рефугий плейстоценовой фауны. Трупы мамонта и лошади несут следы повреждения хищниками, бизон остался нетронутым.

 

Литература

  • Боескоров, Г. Г., А. В. Протопопов, Е. Н. Мащенко, О. Р. Потапова, Т. В. Кузнецова, В. В. Плотников, С. Е. Григорьев, И. Н. Белолюбский, М. Д. Томшин, М. В. Щелчкова, С. Д. Колесов, Й. ван дер Плихт, А. Н. Тихонов.Новые находки ископаемых млекопитающих уникальной сохранности в многолетней мерзлоте Якутии (2013). Доклады академии наук, (Общая биология) том 452, № 4, с. 461–465.
  • Мащенко, Е.Н., Боескоров, Г.Г., Баранов, В.А. Морфология детеныша мамонта (Mammuthusprimigenius) из Ольчана (Оймякон, Якутия). Палеонтологическийжурнал, 2013, 4, 74-88.
  • Baker Ambroise G., Shonil A. Bhagwat, Katherine J. Willis. Do dung fungal spores make a good proxy for past distribution of large herbivores? Quaternary Science Reviews 62 (2013) 21-31.
  • Gorbarenko Sergey, Eugene P. Chebykin, Evgeny L. Goldberg, Ol’ga G. Stepanova, Huahua Lu. Chronicle of regional volcanic eruptions recorded in Okhotsk Sea sediments over the last 350 ka Quaternary Geochronology 20 (2014) 29-38.
  • Hunt, Stephanie, Zicheng Yu, Miriam Jones. Lateglacial and Holocene climate, disturbance and permafrost peatland dynamics on the Seward Peninsula, western Alaska Quaternary Science Reviews 63 (2013) 42-58.
  • Jensen, Britta J.L., Alberto V. Reyes, Duane G. Froese, David B. Stone. The Palisades is a key reference site for the middle Pleistocene of eastern Beringia: new evidence from paleomagnetics and regional tephrostratigraphy. Quaternary Science Reviews 63 (2013) 91-108.
  • Kerr Richard A. How to Make a Great Ice Age, Again and Again and Again. Science,2013. Vol. 341 №. 6146 p. 599.
  • Kravchinsky Vadim A., Cor G. Langereis, Shawn D. Walker, Konstantin G. Dlusskiy, Dustin White. Discovery of Holocene millennial climate cycles in the Asian continental interior: Has the sun been governing the continental climate? Global and Planetary Change 110 (2013) 386–396.
  • Lacelle Denis, Bernard Lauriol, Grant Zazula, Bassam Ghaleb, Nicholas Utting, Ian D. Clark. Timing of advance and basal condition of the Laurentide Ice Sheet during the last glacial maximum in the Richardson Mountains, NWT Quaternary Research 80 (2013) 274–283.
  • Lakeman, Thomas R., John H. England. Late Wisconsinan glaciation and postglacial relative sea-level change on western Banks Island, Canadian Arctic Archipelago. Quaternary Research 80 (2013) 99–112.
  • LozhkinAnatoly, PatriciaAnderson. Late Quaternary lake records from the Anadyr Lowland, Central Chukotka (Russia), Quaternary Science Reviews 68 (2013) 1-16.
  • Mann Daniel H., Pamela Groves, Michael L. Kunz, Richard E. Reanier, Benjamin V. Gaglioti. Ice-age megafauna in Arctic Alaska: extinction, invasion, survival Quaternary Science Reviews 70 (2013) 91-108.
  • Nalawade-Chavan Shweta, Grant Zazula, Fiona Brock, John Southon, Ross MacPhee, Patrick Druckenmiller. New single amino acid hydroxyproline radiocarbon dates for two problematic American Mastodon fossils from Alaska. Quaternary Geochronology, 2014. 20, 23-28.
  • Oh, Jeseung, Elizabeth Reischmann, José A. Rial Polar synchronization and the synchronized climatic history of Greenland and Antarctica Quaternary Science Reviews 83 (2014) 129-142.
  • Pigati Jeffrey S., John P. McGeehin, Daniel R. Muhs, E. Arthur Bettis III. Radiocarbon dating late Quaternary loess deposits using small terrestrial gastropod shells. Quaternary Science Reviews, 76 (2013) 114-128.
  • Pinto-Llona Ana C. Macrowear and occlusal microwear on teeth of cave bears Ursus spelaeus and brown bears Ursus arctos: Inferences concerning diet. Palaeogeography, Palaeoclimatology, Palaeoecology, 370 (2013) 41–50.
  • Price, Gilbert J., Yue-xing Feng, Jian-xin Zhao, Gregory E. Webb Direct. U-Th dating of vertebrate fossils with minimum sampling destruction and application to museum specimens Quaternary Geochronology 18 (2013) 1-8.
  • Porter, Trevor J., Michael F.J. Pisaric, Steven V. Kokelj, Peter deMontigny. A ring-width-based reconstruction of June–July minimum temperatures since AD 12 45 from white spruce stands in the Mackenzie Delta region, northwestern Canada. Quaternary Research 80 (2013) 167–179.
  • Schöne Bernd R. Arctica islandica (Bivalvia): A unique paleoenvironmental archive of the northern North Atlantic Ocean. Global and Planetary Change, 111 (2013) 199–225.
  • Tridico Silvana R., Paul Rigby, K. Paul Kirkbride, James Haile, Michael Bunce. Megafaunal split ends: microscopical characterisation of hair structure and function in extinct woolly mammoth and woolly rhino Quaternary Science Reviews 83 (2014) 68-75.
  • Turner, Derek G., Brent C. Ward, Jeffrey D. Bond, Britta J.L. Jensen, Duane G. Froese, Alice M. Telka, Grant D. Zazula, Nancy H. Bigelow. Middle to Late Pleistocene ice extents, tephrochronology and paleoenvironments of the White River area, southwest Yukon Quaternary Science Reviews 75 (2013) 59-77.
  • Wetterich Sebastian, Vladimir Tumskoy, Natalia Rudaya, Andrei A. Andreev, Thomas Opel, Hanno Meyer, Lutz Schirrmeister, Matthias Hüls. Ice Complex formation in arctic East Siberia during the MIS3 Interstadial Quaternary Science Reviews 84 (2014) 39-55.
  • Westgate, John A. G. William Pearce, Shari J. Preece, Charles E. Schweger, Richard E. Morlan, Nicholas J.G. Pearce, T. William Perkins. Tephrochronology, magnetostratigraphy and mammalian faunas of Middle and Early Pleistocene sediments at two sites on the Old Crow River, northern Yukon Territory, Canada Quaternary Research 79 (2013) 75–85.
  • Wolfe, Alexander P., Peter A. Siver. A hypothesis linking chrysophyte microfossils to lake carbon dynamics on ecological and evolutionary time scales Global and Planetary Change 111 (2013) 189–198.